Перейти к основному содержанию

Еще раз о пощечинах, политике и морали

Я заметил, какое внимание у вас вызвал разговор о громких пощечинах в истории. И хочу напомнить еще об одной громкой пощечине, которая осталась в истории нашей страны.

Ее дал академик Андрей Дмитриевич Сахаров профессору Николаю Николаевичу Яковлеву. Академик Сахаров был человеком очень любезным, доброжелательным, думаю, он впервые поднял на кого-то руку. Но надо иметь в виду, что Сахаров при всей своей интеллигентности и мягкости не был слюнтяем и не прощал подлости.

Кто сейчас помнит человека, которому он отвесил пощечину? А в начале 80-х книги профессора Николая Яковлева по указанию свыше переиздавали огромными тиражами. Написанный им пухлый том «ЦРУ против СССР» украшал полки всех книжных магазинов. Там есть страницы об академике Андрее Сахарове и его жене Елене Боннэр (она была, между прочим, ветераном Великой Отечественной войны), которые порядочные люди сочли просто гнусными.

Яковлев пришел к Сахарову. Видимо, чтобы обогатить переиздание своей книги новыми деталями. Андрей Дмитриевич разговаривать с ним не стал, а дал ему звонкую пощечину. Ну, Яковлев — не подзаборная шпана, все-таки из генеральской семьи. Поэтому ума хватило не драться с пожилым академиком. Просто ушел...

Звонкая пощечина прогремела на всю страну. Правда, замечательная писательница и очень честный человек Лидия Корнеевна Чуковская сочла академика Сахарова недостаточно брезгливым:

- Как мог Андрей Дмитриевич позволить себе дотронуться до него рукой?

Думаю, что понимаю, почему академик Сахаров сорвался.

Академик Сахаров и профессор Яковлев происходили из разных миров.

Андрей Дмитриевич воспитывался в традициях старорусской интеллигенции, сохранившей представления о морали и нравственности. В этом мире подлые поступки и мерзкие слова делали человека нерукопожатным. С ним не раскланивались и даже не встречались взглядом.

В юные годы в Центральном доме литераторов я наблюдал такую сцену. Рядом с известным переводчиком расположился литератор, известный своими паскудными сочинениями. Переводчик, обладатель громкой фамилии, повернулся к нему:

- Окажите любезность — найдите себе другое место. Иначе пересесть придется мне, а я много старше вас.

И тот, ошеломленный, отсел.

Когда началась война, Сахаров пошел в военное училище, но медицинская комиссия его не пропустила. Андрей Дмитриевич стал физиком и создал термоядерное оружие, которое и по сей день гарантирует безопасность нашего государства.

А Николай Яковлев окончил МГИМО и был принят в министерство иностранных дел. Впереди завидная карьера. Его отец, маршал артиллерии Николай Дмитриевич Яковлев, в последние сталинские годы был заместителем военного министра. Внезапно он был снят с должности. Его обвинили в том, что закрыл глаза на недостатки новых 57-мм автоматических зенитных пушек. И в конце февраля 1952 его арестовали.

Сын маршала, Николай Яковлев-младший, работал в отделе США министерства иностранных дел. И он тоже был арестован. Просидел около года. Смерть Сталина принесла свободу и отцу, и сыну.

Но страх остался. И за границу Яковлева-младшего не выпускали. Он обратился за помощью к человеку, который помнил его отца, - секретарю ЦК по военной промышленности Дмитрию Федоровичу Устинову. Тот переадресовал Яковлева к Андропову.

Председатель КГБ принял историка. Счел его перспективным собеседником. И Яковлев стал "захаживать" на Лубянку, беседовать с Андроповым и другими чекистами. Как человек, напуганный госбезопасностью, он инстинктивно искал защиты у чекистов. Надеялся, что одни чекисты (умные и здравомыслящие) спасут его от других (костоломов).

О чем же беседовал с Яковлевым председатель КГБ?

"Юрий Владимирович, - писал Яковлев, - вывел, что извечная российская традиция - противостояние гражданского общества и власти. Объявились диссиденты. Андропов многократно повторял мне, что позывы к демократии неизбежно вели к развалу традиционного российского государства. Потому что диссиденты открывают двери для вмешательства Запада во внутренние проблемы нашей страны".

После долгих бесед с Андроповым Яковлев написал книгу "1 августа 1914 года". В ней революция и свержение монархии изображались как заговор масонов, ненавидящих Россию и решивших погубить великую державу.

Книга Николая Яковлева была сигналом к тому, что можно смело винить во всех бедах России масонов и евреев и что такая трактовка поддерживается высшим начальством. Цель была достигнута: общество отвлеклось от обсуждения жизненно важных проблем страны, оказавшейся в бедственном положении, и занялось увлекательным делом - выяснением, кто из деятелей нашей истории был евреем и масоном. Попутно людям втолковывали, что диссидент, либерал, демократ, еврей не может быть патриотом.

Характерно, что Николай Яковлев так и остался невыездным. За границу руководитель КГБ его не пускал. Употребить свою власть на то, чтобы снять с историка нелепый навет, Андропов не захотел. Во-первых, чиновник в принципе не любит ничего разрешать. Это опасно. Во-вторых, с людьми, которые висят на крючке, проще работать.

Яковлев поехал посмотреть на Сахарова в город Горький. Дело в том, что академика Сахарова отправили в ссылку в закрытый для иностранцев Горький, подальше от чужих глаз. Многие были бы рады, если бы он вообще оттуда не вернулся. В Горьком над ним просто измывались. А на Запад, чтобы показать, что о заслуженном академике заботятся, переправили тайно снятые кадры раздевшегося перед врачом Сахарова, что было верхом неприличия.

Сахаров протестовал, объявлял голодовку. Он очень страдал от окружавшей его лжи и лицемерия. И в этот момент к нему заявился человек, олицетворявший в его глазах, эту ложь и аморальность. И он не сдержался. Бывают ситуации, когда иначе не выразишь свое отношение к откровенной и мерзкой подлости.

Прошли десятилетия. Как мы сегодня оцениваем этих людей?

Академик Сахаров в отличие от тех, кто его преследовал, всегда оставался патриотом и думал об интересах отчизны. Однажды в его квартире зашел разговор об атомных делах, вспоминал его коллега-физик. Когда-то они вместе работали над созданием ядерного оружия.

- Давайте отойдем от этой темы, - сказал Сахаров. – Я имею допуск к секретной информации. Вы тоже. Но те, кто нас сейчас подслушивает, не имеют. Будем говорить о другом.

Так кто же настоящий государственник?

Трижды Герой Социалистического Труда создатель водородной бомбы Сахаров сделал для страны больше, чем вся армия чиновников, преследовавшая его многие годы и укоротившая ему жизнь. Что они дали России? А Сахаров, ушедший из жизни четверть века назад, оставил оружие, которое еще долго будет гарантией безопасности страны. И в назидание потомкам — пример бескорыстного служения Родине.

А что осталось от Яковлева? Пощечина, которую ему дал Сахаров?